Вадим Лазарев: «Ростов - самый уютный, родной город, он свой»

Интервью2 ноября, 2021

Полная версия интервью нашего защитника Вадима Лазарева, опубликованного в предматчевом журнале «Олимп-Долгопрудный-2» — «Муром». 

Он обычный парень из Ростова, любит творчество Басты и жить сегодняшним днем. Выступал в юношеской Лиге Чемпионов, играл за черкесский «Интер», «Чайку» и «Родину». Он упорно идет к своей мечте, не оглядываясь назад. Это все про него — Вадима Лазарева. 

Узнаем побольше о его футбольной карьере вместе.

— Вадим, вы начали свой футбольный путь в Ростовской области, потом играли в Краснодаре, а в итоге выпускались из ЦСКА. Расскажите, что вас привело в футбол и почему так часто меняли академии?

— В футбол меня привел мой старший брат. На летние каникулы я часто оставался у бабушки в городе Гуково Ростовской области. Рядом с ее домом есть небольшой футбольный стадион, где часто «пропадал» мой брат. Как-то раз я решил посмотреть, чем же он там занимается. Пришел на стадион, сел на скамейку и стал смотреть за тем, как пацаны рубятся в футбол. Мне очень понравилось, и я решил, что хочу заниматься этим видом спорта. Так в Гуково я сделал первые шаги в футболе.

Почему часто менял академии? Не знаю, так сложилось. Я по характеру максималист и всегда хочу совершенствоваться. Начинал играть в маленьком городке, где население 100 тысяч. Моей целью было перейти в Академию имени Виктора Понедельника, где я вскоре и оказался. Спустя года 3-4 захотелось чего-то большего, меня пригласили в академию «Краснодара», куда я поехал за новым вызовом. Но и этого мне оказалось мало, вскоре я перешел в одну из сильнейших российских футбольных школ — академию ЦСКА.

— В нашем клубе есть воспитанники Академии В. Понедельника, с которыми вы начинали, сильно ли они изменились за это время?

— В Ростове-на-Дону я играл вместе с Толей Немченко и Мишей Осиновым. Получается, я их знаю с 9-10 лет. Если посмотреть на них сейчас, то внешне они так и остались маленькими, миленькими ребятами. Толя, кстати, вообще не изменился, а Миша немного подрос и совсем чуть-чуть возмужал. (Смеется.)

— А в футбольном плане?

— Конечно, прошло уже больше десяти лет. Если бы мы не менялись (росли в футбольном плане), то вряд ли бы встретились здесь в Долгопрудном.

— Почему в Академии В. Понедельника вы играли за команду 1999 г.р.?

— В 2010 году в Ростове в этой академии открылся первый интернат, куда могли заезжать ребята только 1999 г.р. и старше, а для 2000 года такого не было. Так как я был иногородним, и, чтобы тренироваться в академиии, я переехал в интернат. Я в детстве выделялся среди сверстников, поэтому вскоре тренеры пригласили меня в команду годом старше, чтобы я мог прогрессировать и расти.

— В 10 лет вы переехали в интернат, сложно было привыкнуть жить без родителей?

— У меня день рождения в феврале, а заезд в интернат был в сентябре. Получается, что даже с девяти лет я жил самостоятельно, ухаживал за собой и в принципе занимался самовоспитанием. На поле у нас были тренеры, которые следили за нами, а, когда ты выходил после тренировки, то оставался один. Поэтому было очень важно в тот момент, так сказать, повзрослеть и начать полностью отвечать за себя.

— Дальше вы перешли в академию «Краснодара», почему не выбрали «Ростов», который был ближе?

— Когда открылась Академия В. Понедельника, то это был грандиозный проект, куда были привлечены сербские специалисты. Но потом акцент с футбола ушел на деньги, академия со временем начала затухать. Я понимал, что если там останусь, то прогресса никакого не будет. Надо было переходить в другую футбольную школу. Академия «Краснодара» всегда была на слуху, у них были лучшие условия для молодых футболистов. «Ростов» на тот момент не славился сильной футбольной школой. Да, основная команда играет в Премьер-Лиге, но это не означает, что академия находится на столь же высоком уровне.

— Вариант с ЦСКА появился после какого-то турнира или же селекционеры клуба пригласили вас?

— Я с «Краснодаром» приехал на Чемпионат России, который проходил в Москве. Мы выступили неплохо, я очень хорошо себя проявил на этом турнире. Когда вернулись, то никаких предложений не было, я не хотел оставаться в «Краснодаре», понимал, что это для меня «золотая клетка». Это обстоятельство давило, тем более мне было 14 лет, а это переходный возраст, когда все воспринимается эмоциональнее, чем есть на самом деле. Часто звонил маме, просил поддержки. В сентябре я поговорил со своим тренером из «Краснодара», попросил помочь найти новую команду, объяснил всю ситуацию. Он предложил мне «Спартак», «Локомотив» и ЦСКА. Времени на то, чтобы выбирать практически не было. Я очень хотел в «Спартак», но нужно было еще пройти просмотр. ЦСКА откликнулся сразу, поэтому не раздумывая отправился туда.

— За какую команду болели на тот момент?

— Вообще я тогда начал болеть за ПСЖ, но туда не позвали. (Смеется.) Если мы говорим про российский чемпионат, то я тогда и сейчас с удовольствием поддерживаю «Ростов». Мне нравится и клуб, и город. В каких бы местах я не был, все равно Ростов — самый уютный, родной город, он свой.

— До этого вы играли исключительно на натуральных полях, а в ЦСКА пришлось привыкать к искусственному покрытию.

— Разница в полях, конечно, весомая. Когда переехал в Москву, то первые сложности были не в психологическом плане, а в физическом. Мышцы стали чувствовать другое покрытие, и первые пару недель очень сильно болели задние приводящие мышцы. Потом организм стал привыкать, вернулся в обычный режим тренировок.

— В коллективе тоже были сложности с адаптацией?

— Нет, никаких проблем не было. Я могу найти общий язык с любым человеком, поэтому проблем с общением у меня не было. Можно сказать, с первых дней стал своим в команде.

— ЦСКА играет на более высоком уровне, чем остальные академии, в которых вы были. Какой самый серьезный соперник был за это время?

— Сразу же в голову приходит юношеская Лига Чемпионов, но это я играл уже за дубль ЦСКА. Если судить по академии и нашему турниру, то это «Чертаново». У нас с ними всегда была настоящая война на поле. «Чертаново» 2000 г.р. — это самая сильная команда по нашему году, которая 3-4 раза брала чемпионство в Летнем Первенстве. Когда у нас были матчи, мы всегда давали бой чертановцам. За все игры, которые я провел, только два раза они сумели нас обыграть, остальные были наши победы или ничьи.

— Расскажите про юношескую Лигу Чемпионов и ваше участие в ней.

— Когда мне было практически 18 лет, это как раз время перехода в молодежную команду, наш выпускной год начали подтягивать в дубль. Как раз тогда и началась Лига Чемпионов, где я сыграл два матча, потом получил серьезную травму и не смог продолжить турнир.

Мне на момент начала турнира было еще 17 лет, и, чтобы улететь в другую страну, нужно было сделать согласие родителей на вылет. Родители мне все оформили, сделали согласие на месяц. И вот мы приезжаем в аэропорт с командой, чтобы лететь на матч в Швейцарию. На границе меня останавливают и говорят, что я никуда не лечу, согласие просрочено. В итоге я один поехал обратно в интернат и смотрел первый тур по телевизору.

— А что можете сказать про матч против гранда футбола — «Манчестера Юнайтеда», хоть и приставкой -М?

— Если честно, то МЮ вообще ничем не запомнился, не удивил. Я даже скажу больше, немного разочаровал меня. У нас в группе были команды: ЦСКА, МЮ, «Базель» и «Бенфика». Когда мы играли в Португалии против «Бенфики», то было заметно, что их уровень намного выше. Конечно, счет там был неприличный — 5:1. Тогда я и понял, что такое европейский футбол.

— Вернемся к моменту перехода из академии в дубль. У ЦСКА нет промежуточной команды, которая выступала бы в ФНЛ или во второй лиге, как это есть у многих клубов РПЛ. Сильно ли ощущается отсутствие такой структуры?

— Когда мы играли в ЛЧ, то против нас выходили ребята, которые уже выступают за молодежную команду, а мы были только выпускным годом академии. У нас не было той сыгранности, которая могла появиться, если бы мы играли в ФНЛ II. Да даже за полгода во взрослом футболе мы бы набрались опыта, выросли в футбольном плане, тогда, возможно, поражение от «Бенфики» не было таким крупным или даже не было поражением. Определенно клубу не хватает такой команды. С ребятами в академии часто обсуждали эту тему. Было бы неплохо сделать команду в первой или второй лиге, тогда, может быть, и молодежи у нас в РПЛ будет больше.

— Вы играли в юношеской Лиге Чемпионов, но не оказались в молодежной команде ЦСКА. Почему так произошло?

— Во время ЛЧ я получил серьезную травму бедра, из-за чего не принял участие в оставшихся трех матчах. Молодежной команде я не подошел, поэтому покинул клуб.

— Было обидно уходить из ЦСКА?

— Да, но обиднее всего было уезжать из интерната. Не из команды, которой мы играли, а из коллектива, который у нас сформировался на базе из приезжих ребят. По условиям для футболистов наша база была чуть хуже других, но коллектив там был самый лучший. Очень интересный был отбор в академию. Сначала ты проходишь просмотр в команду, тебя оценивает тренерский штаб, а потом наши воспитатели смотрят на твои качества вне поля.

Было тяжело уезжать из интерната. Воспитательницы за это время стали нам вторыми мамами. Они всегда чувствовали, у кого какое настроение, разговаривали с нами, утешали после поражений и всегда радовались нашим победам.

— И куда же вы отправились после ЦСКА?

— Я вернулся в Ростов перед зимним отпуском без команды. На тот момент у меня не было агента или человека, который мог бы помочь с этим вопросом. Я надеялся на то, что какой-нибудь клуб сам выйдет на меня и пригласит в команду. Перед вторым кругом Молодежного Первенства я встретил агента из Академии В.Понедельника. Он согласился помочь мне, и организовал просмотр в команду Премьер-Лиги в Сербии. У них тогда уже шел сезон, поэтому дозаявить меня не могли. Я потренировался две недели, жил в отеле, на тренировки меня забирал начальник команды. Общение все проходило на английском языке, хорошо, что в школе я его учил. Отец все время говорил, что язык в жизни мне пригодится. Тренерский штаб был готов меня подписать, только нужно было дождаться конца сентября, когда у них закончится сезон. Оставалось найти, где я буду играть полгода до подписания контракта. Агент предложил мне поиграть в СКА во второй лиге. В ЦСКА у меня немного изменился характер, там я почувствовал себя звездой, поэтому на предложение о второй лиге ответил категорично нет. В итоге я с агентом поругался и остался без Сербии и без того, кто мне может найти команду.

До июля я оставался без клуба, ждал предложения, тогда молодежки как раз начинали сборы. Мне позвонил Михаил Святославович, отец Мишы Осинова, спросил, где я играю, чем вообще занимаюсь. Он пригласил меня в молодежную команду «Ростова», где я провел один сезон.

— Вы дружите с сыном Михаила Святославича, было ли особое отношение к вам?

— Ни в коем случае. Михаил Святославович, конечно, знал меня с девяти лет, но на поле ко всем относился одинаково. За полем, конечно, мог поговорить со мной о семье или о чем-то отвлеченном, но на поле мы все профессионалы и заняты только футболом.

— Вам нравилось выступать за любимую команду?

— Конечно, был рад играть в «Ростове», быть рядом с семьей, хотя при этом я не был ребенком, который сильно привязан к дому. Мне нравилось выступать за команду из родного города, ощущать поддержку родных и друзей на трибунах. В каждом матче я был счастлив выходить на поле.

В принципе я хотел и был бы рад остаться там дальше, но возник вопрос футбольной компенсации. Перед подписанием первого профессионального контракта необходимо выплатить компенсацию всем академиям, в которых я был до 18 лет. В силу того, что у меня их было три, плюс еще есть какой-то коэффициент, на который все умножается, сумма была огромная. Для того, чтобы подписать контракт с «Ростовом» нужно было заплатить два миллиона двести тысяч. Клуб понимал, что это большая сумма, и не был готов заплатить. После зимних сборов этот вопрос встал острее, я пошел разговаривать с руководством, на что мне ответили, что мы все понимаем, но ничего сделать не можем. В итоге второй год подряд второй круг Молодежного Первенства я пропустил.

— Летом 2019 года вы перешли в «Чайку», они были готовы к такой компенсации?

— Главный тренер «Чайки» пригласил меня на сборы, которые я провел на достойном уровне. Кстати, там же я и встретил Андрея Бычкова, который уже был в команде, потом уже с Даней Ярусовым познакомился. Так что часть команды «Олимпа-Долгопрудного-2» знал до перехода. «Чайка» была заинтересована во мне, была готова подписать контракт. Когда тебя подписывает клуб Премьер-Лиги, то это одна сумма, а если клуб ФНЛ, то в моем случае компенсация получилась семьсот тысяч. Руководство без проблем заплатило эту сумму, так как я был нужен команде, к тому же я еще был лимитчиком.

— Два раза по полсезона вы не имели игровой практики, за счет чего поддерживали форму?

— К этому вопросу я подошел очень профессионально. Я понимал, что если буду сидеть и ничего не делать, то запущу себя, и ни один клуб не заинтересуется мной. Я держал себя в форме, занимался в зале и играл в Чемпионате Ростовской области, поэтому я был готов к тому, чтобы оказаться в команде и составить достойную конкуренцию.

— Был ли у вас запасной вариант, чем заниматься, если бы вас не пригласили в «Чайку»?

— Никогда о таком не задумывался. Я реалист и живу сегодняшним днем. Я знал, что у меня есть цель и любовь к футболу. Если говорить в общем и целом, то у меня отец моряк, и он всегда мне говорил, что футбол мне не нужен. Хотел меня отдать в мореходку, чтобы я продолжил его дело. Но я всегда следую за своей мечтой и уверен, что ее добьюсь. Сейчас учусь на заочном отделении на тренера, поэтому, если что, прям совсем запасной вариант у меня есть. Или в мореходку. (Смеется.)

— Контракт с «Чайкой» был на три сезона, вы пришли туда как лимитчик, так почему же сыграли лишь в одном матче?

— У нас в начале сезона было всего два лимитчика: я и Андрей Текучев. Меня взяли как запасного лимитчика, если вдруг у Текучева будет травма или карточки. Плюс ко всему команда только вышла в ФНЛ, любой тренер побоялся бы выпустить в защиту молодого футболиста без опыта игры во взрослом футболе. Сначала я ждал шанс, чтобы проявить себя. После пары туров, которые я провел на скамейке, подошел к руководству и сказал, что хочу играть, что нужно что-то с этим решать. И тогда за игровой практикой я отправился в «Интер» из Черкесска.

Что касается одного матча, который я провел, то не скажу, что мне дали шанс проявить себя. Я вышел на замену на 85-й минуте, чтобы потянуть время. Таким методом часто пользуются тренеры, если команда ведет в счете. Я вышел как свежий крайний полузащитник, чтобы напрягать соперника впереди. Со своей задачей я справился, но не показал все свои возможности.

— Расскажите про команду «Интер».

— Образовался новый клуб в группе «Юг», куда я отправился в аренду. Отыграл там полгода, а потом начался карантин. Не очень приятные впечатления у меня остались об этом клубе, так как нас обманули финансово. Президент часто приезжал на тренировки, обещал хорошие условия и ставил цель — выход в ФНЛ. И, я скажу, что состав у нас был на тот момент очень хороший, нам по силам было выйти в первую лигу. В середине сентября перестала поступать зарплата. Я думал, что в этой задержке ничего страшного нет, а опытные ребята поняли, что у клуба большие проблемы с финансированием. На тренировки два последних месяца мало кто приходил, мотивации никакой не было, да и играли мы там только в квадрат. Деньги нам так и не поступили, в итоге мы подали на КДК. Хорошо, что дальше случился карантин, и моя аренда быстро закончилась.

— Как на карантине проводили время, поддерживали себя в форме?

— У нас в Ростове контроль во время карантина был не такой сильный, как в Москве. Я просыпался в 6 утра, бегал на длинные дистанции, на районе играл на мини-футбольном поле с местными ребятами. Также с «Чайкой» были тренировки в Zoom. Я уже опытный боец в этих вопросах, так что никакой паники не было. Очень хотелось побыстрее выйти на большое поле, сыграть официальный матч.

— После карантина вы вернулись в «Чайку», попытка номер два была также не слишком успешной?

— Главным тренером «Чайки» стал Магомед Мусаевич Адиев. Мы провели несколько сборов, начали сезон без глобальных изменений в составе. Я, наверное, на тот момент запрограммировал себя на то, что я немного сыроват для первой лиги, что мне нужно набраться опыта в аренде. С такими словами я подошел к Магомеду Мусаевичу, сказал, что есть вариант в «Зените-2» поиграть. Он не хотел отпускать, говорил, что рассчитывает на меня. Прошло практически 10 туров, а я все не играл. И тогда на меня вышла «Родина», куда я и перешел.

— «Родина» — это тоже частный проект, не страшно переходить в такие клубы? 

— Когда тебе 18-19 лет, то ты даже не задумываешься об этом. Для меня было главным, чтобы я играл, как сейчас говорят, набивал футбольную статистику. Не знал, что это за клуб, но был рад вернуться в Москву под пристальные взгляды селекционеров.

— «Родина» позиционирует себя как команда, которая выращивает футболистов, а потом отправляет их играть в Европу в латвийскую «Ригу» и кипрский «Пафос» (у всех трех клубов один владелец). В прошлом сезоне такие трансферы были?

— «Родина» — это третий клуб в этой системе, который набирает молодых ребят в команду. И если эти футболисты прогрессируют и перерастают вторую лигу, то их забирают играть в Европу. При мне в том году такого не было, только несколько человек на сборах вызывали на тренировки. Не знаю, функционирует эта система или нет, но было бы классно, чтобы молодые ребята получали опыт игры и за границей.

— Перед прошлым сезоном «Родине» озвучили цель – выход в ФНЛ, насколько реальным было первое место?

— Сто процентов, хотя нет, скажу 99.9. Не хватает 0,1 только потому, что в составе была молодежь, не хватало опыта и в защите, и в нападении. У нас собралась очень сильная команда. Мы на другие клубы не смотрели, следили только за «Тверью» и «Олимпом-Долгопрудным», знали, что это два основных соперника. От матча к матчу мы шли в группе лидеров, но в конце первого круга нам попалась как раз «Тверь» и «Олимп-Долгопрудный». Мы шли уверенно по турнирной таблице, но главные финалы первого круга, к сожалению, мы провалили. Так и потеряли важные очки сезона.

— После зимней паузы вы вновь играли против «Олимпа-Долгопрудного». Что скажете про второе противостояние?

— Я не играл вторую встречу, не могу про нее ничего сказать. А вот про выезд хорошо помню, было очень холодно и супер дождливо. Искусственное поле было мокрым и давало нам возможность контролировать мяч. В том сезоне Андрей Бычков и Ринат Сабитов играли центральных защитников, я помню, мы их загнали очень хорошо. Большую часть матча мы играли на их половине, видели, что команда задышала, им было сложно держать такой темп. В итоге мы пропустили два мяча, опыт взял свое.

— Была ли у вас персональная задача на тот матч?

— Нет, не было. За два дня до игры спортивный директор подошел ко мне и сказал: «Представь, против кого ты будешь играть. Против Никиты Баженова, легенды!». В обморок я, конечно, не упал, но азарта добавилось. Кстати, Баженов не выходил в том матче, а вот Алхазов дубль оформил.

— В тот момент могли предположить, что жизнь обернется так, что окажетесь в Долгопрудном, и придете на этот стадион не в качестве соперника?

— Не предполагал. Когда начался второй круг, вернее к концу сезона мне звонили из Долгопрудного и приглашали в команду. Тогда уже появились мысли, что могу здесь оказаться.

— Рассказывают, что межсезонье, так скажем зимние каникулы, вы проводили не без тренировок.

— Да, мы разъехались по домам, нам дали отдохнуть дней десять, а потом каждые три дня были тренировки по Zoom. Гоняли нас прилично, конечно.

— Такой режим позволяет качественно отдохнуть и восстановиться?

— Думаю, тренировки всегда идут на пользу. На отдыхе ты можешь позволить себе чуть больше, чем в сезоне, а такой режим держит тебя в тонусе.

— «Олимп-Долгопрудный-2», наверное, был не единственной командой, от которой у вас было предложение после сезона. Почему выбрали сине-белых?

— Мне предлагали продлить контракт с «Родиной», но я оставаться не хотел, хотя коллектив мне очень нравился, повторюсь, сильные футболисты подобрались. Было желание пробовать что-то другое, уехал домой и, поговорив с агентом, выбрал «Олимп-Долгопрудный-2.

Когда пришел в команду, было много знакомых лиц, это было приятно. Увидел свою ростовскую банду, с которой бегал по молодежке: Мишу Осинова и Толика Немченко; также был хорошо знаком с Юрой Гавриловым, который играл на КФК в «Родине». Был рад снова оказаться с ними в одной команде.

— Вы играете центральным защитником вместе с Бычковым, в «Чайке» вместе тренировались. Можно ли сказать, что у вас наигранная связка?

— Отрабатывали связку уже здесь. В «Чайке» только на тренировках пересекались, в играх нет, там другие тандемы были. Все наработано здесь благодаря квалифицированной работе тренеров, опыту и пониманию игры Андрея, ну и моими стараниями и умениями. Тренерский штаб у нас на уровне, они люди футбольные, все знают и понимают.

—  На ваш взгляд, сложнее работать с тренером, который не так давно выходил на поле в качестве игрока?

— Я думаю, когда ты переходишь на новый уровень футбола, то есть из игрока в тренера, то нужно «убить в себе футболиста».Тренировать всегда тяжелее, чем играть. Плохо, когда они говорят: «смотрите, как я могу, неужели вы так не можете?», у нас такого нет. Тренировка для них теперь – это работай, смотри, думай, решай вопрос, доверяй партнеру и так далее, а игра – это момент истины. Тренеру нужно многое объяснять игрокам, да так, чтобы каждый его услышал и понял. Как говориться, и кнутом, и пряником, и с психологией, и с житейской мудростью. Тогда команда верит в тренера. Мы в наших верим!

— Вы дебютировали в старте в матче против «Чертаново». Ранее в интервью «Чайке» вы говорили: «Контратака – родная стихия соперника», что-то поменялось?

— Конечно, я говорил о команде, которая играла в ФНЛ. А сейчас и состав поменялся, и сочетания игроков на поле, и задачи, и условия. 

— Было ли волнение перед дебютом?

— Не было волнения за себя, больше переживал за сыгранность на поле, микропонимание и взаимодействие, так всегда происходит, когда переходишь в новую команду. Сезон уже стартовал, а мы только начали понимать друг друга, наигрывать связки.

— Какой матч был самым интересным для вас, не беря в расчет его результат?

—  Думаю, игра против «Шинника», это все же принципиальный соперник. Рад, что выиграли у хорошей команды, которая не проиграла больше никому в нашей группе. Будет приятно перед зимнем межсезоньем оставить им приятное впечатление о нашей команде и выиграть на выезде. Но не будем загадывать наперед. Наша задача — победа в каждом матче.

Беседовала Анастасия Чистякова.
Фото Анастасии Чистяковой.

2 ноября, 2021

  • Матч с «Волной» рассудит бригада во главе с Дмитрием Смирновым

  • «Олимп-Долгопрудный-М» проведет заключительный матч сезона